Закуриваю прямо на постели и зло усмехаюсь — на хрена я всё это делаю? Ну вот нахрена? Вены бы порезать, но уже скучно.

— А-у-у-у!!! — вою, изгаляясь, в высокий потолок. На нём звездочки наклеенные подмигивают.

Я хочу умереть. Меня тошнит от сигареты как от самой жизни. Но от жизни ведь не избавиться, и от сигарет значит — тоже. Будто это запах самой жизни: вдыхать-выдыхать, и каждый вдох губит.

А знаете, почему психи так жадно курят, и никто им не запрещает? А потому что никотин давит на какой-то центр в мозгу, и они успокаиваются. Вот так, пусть лучше от рака легких подохнут, зато спокойные.

Вот Ветрушка и не курит — хочет, но держит сигарету и не поджигает, ему воспоминания неприятны…

А я, кажется, снова напиваюсь. Телефон — а чё не звонит?

— Где вы, мудаки?! — крикнула, потрясая им в воздухе. Глянула на дисплей — а, да, он же отключен!

— Ха, дура!

От двух дополнительных маленьких глоточков сладкой «Ямайки» настроение резко меняется — я больше не хочу быть одна! Какого хрена?

Шума и барагоза мне!

Хотя, как противно точно знать, что в самом разгаре веселухи полюса снова поменяются, и мне сыро будет на всю эту кашу смотреть…. Если вообще что-то будет!

Как назло, первый же, кому я звякнула, резко согласился прибыть через двадцать минут, и не один! Блин, значит разочарования и похмелья не избежать. Хорошо, ладно, попытка номер два: уж эти-то точно обломают!

— Ой, Дика, круто! А бухло? Щас будем! Через минут сорок, нормально? А… э-э, Дик, слушай, а на дорогу обратно… да? Ну, тогда едем!!

Вот так. Большим пальцем левой ноги врубила центр, и под «folk-industrial» принялась лёжа выдрыгиваться. Ладно, переверну с ног на голову все свои планы мрачно напиться в одиночестве, а заодно и половину дома! Хотя, у нас дом сталинский и звукоизоляция как раз даже для репетиций Роба Зомби. Но я сумею и это переорать.